Сегодня это инструмент проверки двух вещей: внутренней управленческой состоятельности и внешнеполитической субъектности России.
Поэтому спор о том, нужен ли ПМЭФ, на мой взгляд, часто уходит не туда. Да, можно обсуждать стоимость участия, пафос, закрытые ужины, качество отдельных панелей. Но это вторичный слой. Главный вопрос другой: какую функцию форум выполняет для государства и регионов?
Во внутренней политике ПМЭФ работает как витрина региональной зрелости. Для губернаторов и их команд это не просто возможность поставить стенд и показать презентацию. Это тест на наличие стратегии. Регион может привезти инфраструктурный проект, туристический кластер, промышленную площадку, цифровое решение, социальную инициативу. Но ключевой вопрос всегда один: это элемент долгосрочной траектории развития или разовый информационный повод?
Вот здесь и проходит граница между сильной региональной командой и имитацией активности. Сильная команда понимает, что ПМЭФ - это инвестиция в связи, репутацию, партнерства и управленческий капитал. Слабая - воспринимает форум как обязательную выставку достижений ради отчета.
ПМЭФ быстро проявляет качество регионального управления. Одни приезжают с понятными проектами, партнерами, финансовой логикой и политическим смыслом. Другие - с общими словами про потенциал, который годами остается потенциалом. Но сам форум ничего за регион не решает. Он только открывает окно возможностей. Дальше начинается настоящая работа: перевод договоренностей в проекты, сопровождение инвесторов, межведомственная координация, снятие административных барьеров, публичное объяснение смысла развития жителям.
Вторая рамка - внешнеполитическая. После 2014 года одной из ключевых задач России стало преодоление международной изоляции. После 2022 года эта задача стала еще жестче. И эта задача является отдельным направлением государственной политики. В нем лично участвует Президент, МИД, спецпорученцы, губернаторы, главы госкорпораций, политики и переговорщики, которые сопровождают официальные и неофициальные международные контакты.
В этом смысле ПМЭФ работает как дипломатическая площадка широкого профиля. Участие представителей более чем 100 стран, статус Саудовской Аравии как страны-гостя, ожидаемая американская делегация, традиционная встреча Президента с руководителями международных информационных агентств - все это не детали протокола, а политические маркеры.
Пока в Петербург приезжают иностранные политики, бизнесмены, эксперты, журналисты и представители крупных компаний, говорить о международной изоляции России можно только в жанре политического самовнушения. Европа пыталась выстроить вокруг России символическую стену. Но реальная международная политика устроена сложнее. Торговля, безопасность, энергетика, логистика, продовольствие и технологии не отменяются декларациями из Брюсселя.
Поэтому критиковать ПМЭФ как формат бессмысленно. Можно и нужно спорить о его содержании, эффективности и качестве отдельных решений. Но пока форум собирает международных участников и дает регионам площадку для демонстрации стратегий, он остается рабочим инструментом.