Понятно, что все сразу начинают считать, кто с кем увидится и что будут обсуждать - Китай, Индия, Иран, Украина, торговля, безопасность. О предстоящем саммите и участии российского президента сообщал Кремль.
Еще лет двадцать назад трудно было представить, что встреча лидеров России, Китая, Индии, Ирана и других крупных государств станет одним из главных международных событий недели именно в Бишкеке. Центральную Азию тогда чаще воспринимали как территорию, за влияние на которую конкурируют другие. Сегодня она все заметнее становится местом, где эти другие сами встречаются и договариваются.
И это важное изменение.
Мы привыкли рассуждать о регионе в логике: кто там усиливается - Россия, Китай, Турция, США. Но, похоже, сама эта схема постепенно устаревает. Казахстан, Киргизия, Узбекистан и другие страны уже не просто выбирают между внешними центрами. Они становятся частью новой политической архитектуры Евразии.
ШОС здесь хороший пример. Начиналось все с вопросов границ и безопасности. Сейчас внутри организации уже обсуждаются транспорт, расчеты, энергетика, инвестиции, промышленная кооперация. И это уже совсем другой масштаб.
Для России такая конструкция, на мой взгляд, скорее выгодна.
Да, старая модель отношений с Центральной Азией меняется. Москва больше не единственный центр притяжения региона. Но влияние вообще не обязательно строится только на зависимости. Его можно сохранять через институты, общие проекты и правила, в которых ты остаешься одним из ключевых участников.
Если регион все глубже включен в ШОС, ЕАЭС, транспортные коридоры и общую систему безопасности, его растущая самостоятельность не обязательно работает против России. Вопрос в том, насколько Россия сама умеет быть частью этой новой конструкции, а не пытаться вернуть старую.
И здесь есть еще одна любопытная деталь. Москва уже готовится к своему председательству в ШОС в 2027-2028 годах. Финальный саммит должен пройти в Уфе. То есть нынешний Бишкек - не отдельный эпизод, а часть длинной цепочки.
Сегодня Центральная Азия показывает, насколько вырос ее собственный политический вес. Через два года России нужно будет показать, что именно она предлагает новой Евразии.
Поэтому я бы не сводил весь предстоящий саммит к очередной встрече Путина и Си.