В интервью «Свободной прессе» прокомментировал новое оборонное соглашение между Польшей и Великобританией.
Речь идет о формировании внутри НАТО отдельного контура ускоренного военно-политического реагирования, где ключевые европейские игроки пытаются снизить зависимость от общей процедуры принятия решений в альянсе.
Туск фактически проговорил это открытым текстом. Главная мысль - в кризисной ситуации Варшава хочет получить гарантии реакции Лондона и Парижа еще до запуска полной натовской процедуры. А это уже важный политический сигнал о том, что доверие к скорости и эффективности коллективного механизма НАТО внутри Европы постепенно снижается.
Для Польши подобные соглашения решают сразу несколько задач.
Во-первых, это усиление собственного статуса как главного восточного форпоста Европы. Варшава давно пытается перейти из категории “прифронтового государства” в категорию одного из центров принятия решений по безопасности в Европе. И на фоне украинского конфликта ей это во многом удается.
Во-вторых, Польша создает систему двусторонних гарантий. По сути, это попытка зафиксировать: даже если внутри НАТО возникнут споры, задержки или разногласия, крупнейшие европейские военные державы все равно будут обязаны реагировать.
В-третьих, это внутриевропейская борьба за лидерство. После Brexit Великобритания пытается сохранить роль ключевого военного игрока на континенте. Франция продвигает идею “стратегической автономии Европы”. Польша же становится главным восточноевропейским партнером сразу для обоих центров силы.
Поэтому говорить о “европейском НАТО” в полном смысле пока рано. НАТО остается единственной полноценной военно-политической системой коллективной обороны Запада. Но внутри него действительно формируется сеть параллельных мини-альянсов и коалиций быстрого реагирования.
Фактически мы видим несколько процессов одновременно:
- усиление регионализации внутри НАТО; - рост роли двусторонних оборонных пактов; - постепенную подготовку Европы к сценарию, при котором США могут снизить уровень вовлеченности в европейскую безопасность; - формирование отдельной европейской военной субъектности.
И здесь особенно важно, что антироссийский характер этих соглашений уже даже не маскируется дипломатическими формулировками. Россия официально фиксируется как долгосрочная системная угроза для европейской архитектуры безопасности. Это означает, что нынешняя конфигурация отношений Запада с Москвой рассматривается в Европе не как временный кризис, а как новая стратегическая реальность на годы вперед.
Для России это тоже важный сигнал. Против нее выстраивается не только классическая инфраструктура НАТО, но и более гибкая сеть двусторонних и региональных оборонных связей, способных действовать быстрее и политически жестче, чем консенсусный механизм всего альянса.