До голосования остается чуть больше недели. Основная агитационная часть кампании постепенно заканчивается: большинство тех, кто собирается голосовать, уже примерно понимают свой выбор. Главная задача партий теперь - мобилизация.
И здесь я бы разделял две вещи, которые часто смешивают. Первая - политическая мотивация: хочет ли человек участвовать и за кого он собирается голосовать. Вторая - насколько ему удобно это сделать. ДЭГ не отвечает на первый вопрос. Он сокращает расстояние между принятым решением и самим голосованием.
Для партийного ядра это не так существенно. Но есть гораздо более широкий круг людей, у которых политические предпочтения вполне сформированы, но политика и выборы не занимают первое место в расписании дня. Особенно в Москве, где голосование конкурирует не с другой партией, а с работой, детьми, поездкой за город и обычными планами на выходные.
Поэтому мне кажется неправильным рассматривать ДЭГ исключительно как электоральную технологию. Для Москвы это уже продолжение общей логики городских сервисов. Москвич привык записываться к врачу, получать документы, оплачивать услуги и решать десятки вопросов со смартфона. Странно было бы предполагать, что именно участие в выборах должно оставаться отдельным сложным ритуалом.
Есть здесь и вполне политическое следствие. Чем проще человеку проголосовать, тем меньше партия может рассчитывать на то, что сторонник конкурента просто не дойдет до участка. Приходится лучше работать с собственным предложением, кандидатами и периферией поддержки.
Для ЕР это особенно интересно. Ее нынешнее преимущество строится не только на жестком партийном ядре. Потенциальная коалиция значительно шире - в Москве это в том числе люди, которые положительно оценивают общий курс развития города и работу Собянина, но совсем не обязательно следят за партийной политикой каждый день. Для такого избирателя удобство участия имеет большее значение, чем для партийного активиста.
И здесь я бы разделял две вещи, которые часто смешивают. Первая - политическая мотивация: хочет ли человек участвовать и за кого он собирается голосовать. Вторая - насколько ему удобно это сделать. ДЭГ не отвечает на первый вопрос. Он сокращает расстояние между принятым решением и самим голосованием.
Для партийного ядра это не так существенно. Но есть гораздо более широкий круг людей, у которых политические предпочтения вполне сформированы, но политика и выборы не занимают первое место в расписании дня. Особенно в Москве, где голосование конкурирует не с другой партией, а с работой, детьми, поездкой за город и обычными планами на выходные.
Поэтому мне кажется неправильным рассматривать ДЭГ исключительно как электоральную технологию. Для Москвы это уже продолжение общей логики городских сервисов. Москвич привык записываться к врачу, получать документы, оплачивать услуги и решать десятки вопросов со смартфона. Странно было бы предполагать, что именно участие в выборах должно оставаться отдельным сложным ритуалом.
Есть здесь и вполне политическое следствие. Чем проще человеку проголосовать, тем меньше партия может рассчитывать на то, что сторонник конкурента просто не дойдет до участка. Приходится лучше работать с собственным предложением, кандидатами и периферией поддержки.
Для ЕР это особенно интересно. Ее нынешнее преимущество строится не только на жестком партийном ядре. Потенциальная коалиция значительно шире - в Москве это в том числе люди, которые положительно оценивают общий курс развития города и работу Собянина, но совсем не обязательно следят за партийной политикой каждый день. Для такого избирателя удобство участия имеет большее значение, чем для партийного активиста.